Скайуокер остановился у кафедры и глубоко вздохнул. Хоть он уже десятки раз репетировал свою речь, сейчас Люк волновался больше, чем когда встретился лицом к лицу с Дартом Вейдером в Облачном городе. Слишком многое зависело от его слов и от реакции джедаев.

– Тридцать пять тысяч лет тому назад я стал последним хранителем древнего ордена, некогда процветавшего на протяжении тысячи поколений. Всё это время никакое зло не пыталось оспорить его могущество, и ни одно честное существо не ставило под сомнение его целостность. Но он пал вследствие предательства повелителя ситхов, скрывавшегося под маской друга и союзника. Выжила лишь горстка мастеров, которые скрылись в пустынях и болотах, чтобы светоч, некогда называвшийся Орденом джедаев, не угас.

Люк замолчал и переглянулся с Леей. На её лице лежали морщины, оставленные сорока годами жертвенной службы галактике, но карие глаза ещё сохранили блеск молодости. Сейчас они тоже горели – от любопытства. Люк не обсуждал свою речь даже с ней. Он опять обвёл взглядом остальных джедаев.

– Под руководством двух таких мастеров я способствовал возвращению джедаев и вновь зажёг былой свет их ордена. Наш Орден был лишь слабым подобием яркого маяка, освещавшего путь Старой Республике, но он креп и становился всё ярые.

Люк почувствовал, как нетерпение в Силе сменилось оптимизмом. Однако у сестры появилась тревога. Как политик, обладающий даром Силы, и бывшая Глава государства, она угадала его намерения. Люк выбросил её беспокойство из своей головы. Он хотел спасти Орден, а не заниматься самовозвеличиванием.

– Мы росли до сегодняшнего дня, – Люк посмотрел сначала на Коррана со своими сторонниками, а потом на Кипа со своими. – Сейчас нам угрожает другой противник, которого я не заметил из-за того, что не понимал старых правил. Я самонадеянно полагал, что мы нашли путь, лучше других отвечавший вызовам нашего времени. Я ошибался.