А за рекой туман все гуще. Надо будет лекарю сказать, пусть травы готовит – тени подальше от воды отгонять, чтобы мора не случилось. Мама теперь тоже часто на реку ходит, по вечерам травы жжет. И не страшно ей. Говорит – чтобы лучше нам жилось, и мне, и ей, и Личи.

Мама знает, что делает. Личи и правда слабеть начала в последнее время, руки прозрачные стали, лицо как рыбье брюхо. Хотел к лекарю сводить, – не пошла. Глазами из-под спутанных волос сверкает – от любви к тебе, говорит, сил не осталось, сердце на части рвется. Смеется… Да кто их разберет, правильно мама говорит – кто поймет женщину, поймет и тень. Может, и правда любовь из нее силы сосет.

Идет, об корни спотыкается, умаялся на реке, бедный. Одному тяжело, а от жены помощи не дождешься. Неумеха она, ленивая, и не любит тебя – только говорить ласково умеет. Любила бы – так помогла с сетями, дома не отсиживалась…

Осторожно, сынок, мох на корнях гнилой, скользкий, упадешь ведь! Вот, выправился, плечи развернул, зашагал размашисто… До чего на отца похож! Аж сердце заходится и в глазах туман…

Недолго мы с твоим папой вместе пробыли, не налюбилась я. Только в дом его пришла, не успела оглядеться – а живот уже тяжелый. Подошло время – собрал муж капканы, стрел новых нарезал, свежих, острых. Чтобы все как у людей – жена разродилась, а ей сразу и сладкого мяса – сил набраться, и теплую шкуру – дитя завернуть. Собрался и пошел; только за дальним домом скрылся – а тень его уже на нашем берегу, воет, голодная. Что там в лесу случилось – неизвестно, не вернулся он. Зверь задрал или болото проглотило, а может, духи заиграли… А тень мужнина недолго неприкаянной ходила, как я разродилась Кобардом – так она сразу в него и впрыгнула. Оттого он смеяться рано начал и головой вертеть, все по сторонам смотрел, выглядывал, отцовской тени наш мир показывал.

И так хорошо нам было вместе, и не нужно никого, – я, да сынок, да душа его – тень мужа моего любимого. Много, много лет – мох на крыше столько раз перекладывали, что и пальцев сосчитать не хватит… Уж думала – так и будем вместе всегда, и здесь вместе, и на тот берег в одной лодке поплывем. Что еще женщине нужно – только бы на тот берег не одной идти, а вместе с любимым…