С помощью экспертизы Кошко быстро установил, что труп из посылки принадлежит девочке примерно четырнадцати лет, убитой ударом колющего предмета в сердце около двух суток назад. А сличение почерков сына купца и того, которым было написано письмо, определило, что они явно не совпадают. Ввиду необычности дела, Кошко лично выехал в Пензу.
В городе на реке Суре
В местном сыскном отделении сразу выяснилось, что три дня назад поступило заявление о пропаже 14-летней девочки, дочери продавщицы казенной винной лавки Ефимовой. Исчезнувшая Маша служила ученицей у портнихи Знаменской. Затем последовала тягостная сцена опознания матерью ленточки, найденной на трупе, и «раскрытие страшной правды».
Счастливый жених, сын купца, как и предполагалось, оказался ни при чем. Кошко приступил к разработке версии, касавшейся портнихи, которая, как выяснилось, имела темное прошлое и обширные знакомства с подозрительными личностями.
«Бродячий торговец»
Надо сказать, что в своей работе сыщик широко использовал так называемых «агентов», засылаемых в «стан врага». Этим приемом он позже воспользуется и в данном случае, а для начала посетил ателье Знаменской сам, для чего, не чураясь театральных эффектов, подкрасил нос в красный цвет, оделся в отрепья босяка и принял всклокоченный вид бродячего торговца портновской мелочью: пуговицами, крючками, лентами и т. п.
Войдя через кухню в квартиру Знаменской, псевдоторговец обнаружил там трех обедающих девиц – двух 14-летних и одну постарше, лет семнадцати. А дожидаясь вызванную хозяйку, уловил из разговоров о пропавшей Мане и то, что кроме как «жабой» ученицы свою благодетельницу не называют. Все это, как и последующий разговор с хозяйкой, убедил Кошко, что силы поиска следует направить именно в этом направлении.
Агенты
Тут-то и вступили в дело его агенты. Сыщик так описывает их: