Бегущие по миниатюрному дисплею символы обозначили: приоритет уничтожения первый. Электронный мозг танка, прежде чем принять решение, одну миллионную долю секунды был в раздумьях, он бы мог одним рывком траков превратить копошащихся подле него людишек во влажные, быстро пожираемые гнилью, пятна, но его стратегическое планирование говорило: "спешить нельзя". Боевая машина замерла и, тщательно анализируя информацию, принялась ждать, когда эти никчемные водянистые создания, покинув хранилище, выйдут за пределы видимости, слышимости и чувствительности его сенсоров. Но не прошло и полчаса после ухода геологов, унесших с собой радостную весть об обнаружении следов марсианской цивилизации в виде огромного скопления военной техники, а по подземным казематам уже юрко сновали многочисленные технические роботы, проверяя исправность тысячелетия бездеятельно стоявших машин. Десятки железных разведчиков, вслед за геологами выбравшись на поверхность, принялись с жадностью впитывать в себя поступающую информацию. Главный процессор принялся прорабатывать планы кампании. Бронированные громадины готовились к новой победоносной схватке…

Квартира Ляпидевского напоминала Русь после нашествия татаро-монголов. Лежавшая рядом с Сергеем темноволосая девушка по имени Люсия называла приведшее к такому бардаку действо любовной прелюдией. Стулья перевёрнуты, посуда перебита и разбросана по всему полу, измятые цветы раскиданы по тыльной поверхности опрокинутого стола. Довершая картину, по всему периметру валялась разбросанная одежда: джинсы свисали с дверей углового шкафа, скомканная кофточка висела на дверной ручке, рубашка нежно-голубого цвета с широким кружевным воротником (последний писк моды) валялась в дальнем углу комнаты, а разорванные черные трусики покоились на уголке ящика, выдвинутого из изящного резного шкафа ручной работы.