Гюнтер улыбнулся. Портрет Монтегю был исчерпывающ.

- Да, вы угадали. Это был Эвар Монтегю - владелец бакалейной лавки и штата молоденьких продавщиц на Атавийском шоссе.

Охотник замер, сжав в руках палку. - Подойдите ближе, сказал он, глядя почему-то на пол. - Ещё. Вот так. Вы согласны?

- Я приехал.

Охотник ждал.

- Вам нужна расписка?

- Никаких бумажек, - резко сказал охотник. - Я верю Монтегю.

- Очень приятно. Я так и передам это поросшему шерстью и страшно потеющему толстяку, когда он захочет выпить со мной на брудершафт. Но мне - мне, понимаете? - этого мало. Я хочу знать, что из себя представляет ваше дело. А там - посмотрим.

Охотника перекосило. Надменность ещё больше проступила на его лице; и без того колючие глаза превратились в жгучие буравчики.

- Хорошо, - процедил он. - По словам Монтегю, вы человек порядочный... Вам предстоит найти трёх грудных детей, похищенных из родильного покоя.

- Киднеппинг?

- Нет! - повысил голос охотник. - Выкупа никто не требует!

- Тогда причём здесь частный сыск? - пожал плечами Гюнтер. - Это дело полиции...

- Полиция этим занимается, - поморщился охотник. - Но толку... Прошло три месяца, и я уверен, что и через три года они будут на том же месте.

- Откуда такой пессимизм?

- Сами поймёте, когда проживёте в городе хотя бы неделю. Страх. Местная полиция боится. Здесь нужен посторонний человек.

Гюнтер снова пожал плечами.

- Они могут пригласить сотрудника из другого округа.

- Возможно, - согласился охотник. - Но я хочу провести собственное расследование.

- Вы имеете какое-то отношение к детям?

В глазах охотника что-то дрогнуло.