Она умерла, рожая ребенка, который стал бы младшим братом Сары и наследником маркизата — если бы остался в живых. Но теперь мать и сын спали вечным сном в маленьком фамильном склепе в Мункойне, и с момента их смерти Сара Мария Элоиза Аркадия Доусбелла Канингхэм сделалась маркизой Роксбари и законной владелицей поместья. И после ее представления ко двору — произошло это вскоре после того, как Саре исполнилось шестнадцать, — молодая маркиза Роксбари открывала сезон приемом в Мункойне. Она устраивала роскошные костюмированные празднества. И в нынешнем году, 1805-м от рождения Господа нашего, во время представления, изображавшего битву на Ниле, — оно происходило на декоративном пруду Мункойна — корабль ее светлости случайно пустили ко дну, хотя он должен был изображать из себя флагманское судно Нельсона, «Викторию». Виконт Сен-Лазар спас тонущий корабль, и его экипаж удалился в дом, приводить в порядок промокшие наряды. Но леди Роксбари осталась и довела сражение до победы англичан — а произошло все это десять дней назад. Всю следующую неделю маркиза, занятая приемом гостей, не обращала внимания на усиливающийся кашель. И лишь сегодня она узнала истинную цену своего потешного морского сражения.

За окнами бледно-желтые апрельские нарциссы пробивались к свету сквозь жирную глину холмов. Прежде чем заговорить, доктор Фальконер несколько мгновений изучающе глядел на леди Роксбари.

— Это скоротечная чахотка, ваша светлость. Вы не доживете до конца месяца.

Лицо леди Роксбари напряглось, из глаз ее исчезли озорные, поддразнивающие искорки. Впрочем, она подозревала, что дело обстоит именно так. С того момента как на ее кружевных платочках начала появляться кровь, лишь тупица не поняла бы, что происходит. Нойли сдавленно всхлипнула.

— А ну, прекрати завывать! — хрипло прикрикнула леди Роксбари. — Что ты скулишь, будто тебя уволили без рекомендательного письма! Это всего лишь простуда, — обратилась она к доктору Фальконеру, с отвращением услышав в собственном голосе нотки мольбы.