Пытались бить ногами, но Марк даже лежа успевал отбивать почти все удары, выламывая суставы и кроша кости. У кого-то не выдержали нервы, раздался выстрел — и прямо у головы грузно раскрошила бетон крупная картечь.

Марк ужом вывернулся из груды недвижимых тел и выхватил из кармана почти игрушечный пистолетик. Сухие хлопки выстрелов прозвучали так часто, что слились в подобие очереди — пятеро нападавших налетели лбами на пули и рухнули как бессмысленные кучи тряпья. Марк отбросил пистолет с пустым магазином и в три прыжка оказался у края набережной. Четвертого шага он сделать не смог.

Необъяснимая сила напрягла все мышцы до единой, легкие бессмысленно содрогались, пытаясь набрать хоть один вдох. Марк сначала упал на колени, а потом повалился на спину, быстро теряя остатки сознания.

— Смотри, подействовало… — удивленно сказал один из бандитов, держа над головой Марка свернутый в трубочку манускрипт, испещренный знаками неизвестной письменности. — Ну Шершень дает… Простая бумажка, а как проняло.

— Не бумажка, а пергамент, — пробурчал другой бандит. — Понабирали детей… Ладно, потащили в машину, а то менты уже на подходе. И кто знает, как надолго он вырубился от этого манускрипта.

МАРИНА

Когда бандиты покинули ресторан, никто из посетителей все равно не решался подняться с пола. Только когда, с не меньшей помпой и грохотом, в помещение ворвался отряд спецназа, люди поняли, что находятся в относительной безопасности, и начали подниматься на ноги. Но в отличие от них Андрею легче не стало. У него под курткой находился автоматический пистолет, и если дело дойдет до обыска, то можно загреметь по-крупному. Поэтому он старался привлекать к себе как можно меньше внимания: как все встал, как все выстроился вдоль стены.

— Стоять так! — приказал одетый в черное спецназовец с автоматом. — Подъедет автобус, все поедут в отделение давать свидетельские показания.