Каждый день, хотя бы раз, я ловил себя на мысли: что, если оно пришло забрать её, а меня нет рядом, и некому её защитить?

Наконец я сорвался с места и вернулся выяснить, как она там. Но я опоздал. Никто никогда не видел такую женщину. Пока я терзался сомнениями, оно сбросило её с дерева — а я так и не узнал, как её звали.

Больше я не позволял себе подобного легкомыслия. Если ты обучался на островах Дракона, ты не сможешь просто так сложить с себя ответственность за окружающих. Даже если они тебе — никто.

Иногда я спрашиваю себя: что объединяет всех этих женщин? Почему именно они, а не другие, замечают меня?

Не знаю, что между ними общего, если это вообще имеет значение. Разве что одно: все они были не похожи на Ильму.

Лестница: прямые безликие ступеньки. Беспочвенная гордость нахальных граффити — их вызов обращён в никуда. Одинокое, отрешённое от мирской суеты эхо.

Плавный поворот ключа.

— Вот здесь я и живу, — говорит Лада.

Переплетение линий — как переплетение судеб. У каждого предмета — своя судьба, но людей это никогда не интересовало. Избыток лишних стыков: ещё одна человеческая глупость. Пока не важно.

Плащ сиротливо повисает на вешалке.

— Ну, пройдём в комнату, или так и будешь стоять?

— Идём.

Двери, которые ничего не закрывают; круглая лампа под потолком недавно там жил паук, но Лада этого не помнит.

Она в кресле. На ней короткая чёрная юбка и голубая кофточка — просто, без излишеств.

Удар из угла — направленный взрыв во лбу. Нет, разве так можно?! Упругие волны: они давят, они идут во все стороны. Продалбливают дыру в черепе и вонзаются в мозг. Серая каменная фигурка всадника на телевизоре.