Но ведь она ни о чём не догадывается, верно?

И не должна. Пока — только так.

— Глупости. Тебе никого не надо бояться!

— Ты меня успокоил, Ник, — теперь Лада говорит не то, что чувствует.

Лёгкий ветерок. С него всегда всё начинается.

Его лёгкость обманчива. Он пропитан холодом вакуума; он проникает под одежду и запускает мурашки по спине. Он совсем слабый, но его ледяные уколы пронизывают насквозь. Его не спутаешь ни с чем.

Ловлю линию и тянусь за ней. Дальше, ещё дальше…

Переплетение железа, дерева и пластмассы. Многоуровневый стык.

Пока ничего…

Но ветер уже стихает, даже толком не начавшись. Вот и хорошо, вот и успокойся. В этот раз обошлось.

И всё-таки равнодушный металл постукивает из-под черепа:

«Помнишь? Я здесь».

Её звали Кенил, и она тоже была совсем не похожа на Ильму. Её беспорядочно торчащие волосы будто пылали костром, а узкие глаза рассекали меня надвое, как гильотина. Помню, я подумал тогда, что она — настоящая королева пустыни.

Пустыня. Закрываю глаза — и вижу, как мы стоим посреди неё. Возле камня, что указывает путь. Последнего камня.

— Чамен, — говорит Кенил, — я думаю, время пришло.

— Время для чего? — делаю вид, что не понимаю.

— Ты знаешь.

Она права: мы все знали. Знали с самого начала, когда приняли Вызов: только один доберётся до конца и получит Жезл.

— Но мы ещё не дошли, Кенил.

— Тебе придется драться с Мохеллианом. Незачем растрачивать силу.

— Или тебе.

— Нет.

— Что?..

— Убей меня сейчас. Я не буду защищаться.

Холод. Страшная близость пустоты.

— Ты не в своем уме! Я… что за глупости?!

— Чамен, это не глупости. Тебе всё равно придется.

— Нет, прекрати сейчас же! Мы дойдем туда вместе и вместе сразимся с Мохеллианом.

— А потом?