Но пока он не вернулся с работы — можно наслаждаться! А потом еще и обсудить с виртуальными единомышленницами на одном из многочисленных форумов. С тех пор как Ирина открыла возможности Интернета, она перестала чувствовать себя одинокой. Витя даже отдал ей свой ноутбук, когда купил новую, более совершенную модель, и теперь вполне исправная, рабочая машина в полном ее распоряжении. Пусть она и не умеет пользоваться большинством опций, иногда теряется, если компьютер «подвисает», зато бродить по просторам Сети оказалось очень увлекательно! И особенно чудесно, что встретить родственную душу можно где угодно, и расстояния не помеха. К примеру, Melinka из Красноярска оказалась очень интересным собеседником, с собственным взглядом на жизнь, а некая дама, прячущаяся под странным ником Argimpasa, оказывается, не только умудряется раньше всех отыскивать заветные новинки, но и сама пишет совершенно дивные стихи…

В этот момент Ирина вздрогнула от неожиданности. Рука натолкнулась на какой-то странный предмет — маленький, твердый, округлой формы, с неровными краями. Странно. Здесь его быть никак не должно!

Сердце в груди испуганно забилось, словно в предчувствии беды. Как будто знало, что сейчас, сию секунду в привычную, размеренную череду дней ураганом ворвется нечто такое, что сломает все, что так долго она строила и создавала, и жизнь после этого уже никогда не будет прежней.

Ирина просунула руку подальше и вытащила этот предмет наружу. В первый момент она ощутила тяжелый, глухой удар где-то в области солнечного сплетения. Потом в глазах у нее потемнело, показалось даже, что яркое весеннее солнце за окном погасло на миг… Все тело как будто обмякло, и она плюхнулась на кровать.

Когда к ней вернулась способность осознавать себя и соображать более или менее здраво, она сидела на неубранной постели и тупо смотрела на свою находку. На ладони у нее лежала женская серьга — серебряная, причудливой формы, в виде осьминога с растопыренными щупальцами. Тело его украшали разноцветные камушки, и казалось, морской гад ехидно ухмылялся ей, словно хотел сказать: «Ну что, съела?»