Он заткнулся. Я рад был отметить, что он уважает старших. — Кроме этого, — продолжал я, — мне думается, что самое удивительное для меня то, что мы теперь более или менее легализировались.

Он ухмыльнулся.

— Что вы подразумеваете под «более или менее»?

Я пожал плечами.

— Итак? — сказал я.

— Мы столь же легальны, как и любые другие, — возразил он, — иначе мы никогда бы не смогли оказаться на Всемирной Акционерной Бирже. — Я ничего не сказал, но опять улыбнулся.

— Безусловно, эта организация очень тщательно ведет свои дела.

— Был бы разочарован, если бы это не соответствовало действительности.

— Именно так, именно так, — сказал он. — Но мы там. КОЗА Инк. Все законно, достойно и солидно. И так было в течение многих поколений. Движение в этом направлении фактически началось еще в ваше время с «отмывания», как любили выражаться сочинители, финансовых средств и их перекачку в более приемлемые предприятия.

Зачем бороться с системой, если ты достаточно силен для того, чтобы занять в ней достойное место без борьбы? Что значат несколько долларов туда или сюда, если можно иметь все, что угодно, и гарантию безопасности к тому же? Без риска. Просто соблюдая правила.

— Все?

— Ну, их так много, что дело упрощается, если вы можете позволить себе пошевелить мозгами.

Он допил свой бокал и снова налил нам обоим.

— Но клейма на нас нет, — заключил он потом. — Тот имидж, который был у нас в ваше время, теперь относится к преданиям древности. — С заговорщицким видом он подался вперед.

— Однако, действительно, было что-то особенное в тех временах, — сказал он и посмотрел на меня выжидательно.