- И тоже резчик? - сестра взглянула на Генку по-особенному и вздохнула. - Талант...

- Посмотри на его убитое выражение. - Доктор даже крякнул. - А поймет, что к чему, еще ведь зазнается, возгордится. Ты еще прославишься, мальчик.

- Я не хочу прославиться, - горько сказал Генка. - Я все равно моряк...

Мама поняла все сразу, когда Генка вышел обратно в приемную. Она взяла профнаправление - и лицо ее посветлело. Она взволнованно поцеловала Генку куда-то между носом и глазом и принялась сама надевать на него рубашку, как будто бы он маленький.

- Чудесно, сынок, - сказала она. - Замечательно! Пойдем с тобой сейчас в художественную школу.

- Я пойду в мореходку, - ответил Генка непримиримо.

Мама покусала губы.

- Хорошо, - сказала она. - Пойдем сейчас домой. Пусть папа придет, там решим вместе.

Генка хмуро сидел во дворе под старым кустом акации, когда его отыскал там Гарька. Гарька самодовольно сиял.

- Меня уже оформили в мореходку, - похвастался он. - Что же ты меня не подождал, как договаривались? А мама сказала, что ты теперь пойдешь в художественную школу... Я не поверил, конечно, - доверительно сообщил он. - Какой у тебя уровень? У меня девяносто один! Почти сто! А у тебя? Сто один?

- Тыща, - сказал Генка, поднялся и ушел, пряча глаза.

Семейный совет был тягостен. Папа настаивал:

- У тебя все данные к редкой и замечательной профессии. Тысячи ребят были бы счастливы на твоем месте. Послушай нас с мамой, сынок. Ты ведь, хотя и взрослый, не все еще понимаешь... А в свободное время ты сможешь купить катер и плавать где душе угодно.

- А доктор не мог ошибиться? - безнадежно спросил Генка.

- Как?..

- Ну... может, машина его испортилась...

Папа молча взъерошил ему волосы.

- Я пойду в мореходку, - сказал Генка и заплакал.

Месяц прошел ужасно. Предатель Гарька дразнил его во дворе и похвалялся синей формой. Генка не отвечал ни на чьи расспросы (все, казалось ему, только и думают об его несчастье и позоре) и отказывался выходить гулять вообще. Мама с папой переглядывались.