— Моя жена, — с чувством произнес Ровиго, — была бы безмерно счастлива, даже если бы я привел домой для старшей пастуха с пастбищ Чертандо.

Дэвин поморщился.

— Неужели так плохо? — пробормотал он. — А, ладно. Мы можем, по крайней мере, выпить за ваше благополучное возвращение из Тригии, да еще в самый канун Праздника. Меня зовут Дэвин д'Азоли бар Гэрин, к вашим услугам.

— А я — к вашим, друг Дэвин, который старше, чем выглядит. У вас были трудности с покупкой спиртного? — проницательно спросил Ровиго.

— Одной Мориан, богине Врат, известно, из скольких дверей я сегодня выходил с тем же пересохшим ртом, что и входил. — Дэвин опрометчиво понюхал тяжелый воздух. Даже среди ароматов толпы и несмотря на отсутствие окон, вонь кож доносилась снаружи очень явственно. — Это заведение не первое, и даже не десятое, которое я посетил в поисках бутылки вина.

Ровиго улыбнулся.

— Разумный подход. Не покажусь ли я вам эксцентричным, если скажу, что всегда иду прямо сюда, когда «Морская Дева» возвращается из плавания? Почему-то этот запах говорит мне о суше. О том, что я вернулся.

— Вы не любите море?

— Я совершенно убежден, что любой человек, который утверждает обратное, лжет, или у него на суше долги, или сварливая жена, от которой он спасается, или… — Он замолчал, делая вид, что его внезапно осенила мысль. — Если подумать хорошенько… — прибавил он с преувеличенной задумчивостью. И подмигнул.

Дэвин громко рассмеялся и налил им еще вина.

— Почему же вы тогда плаваете?

— Торговля идет хорошо, — откровенно ответил Ровиго. — «Дева» — судно достаточно небольшое, чтобы проскользнуть в те порты на побережье или к западу от Сенцио и Феррата, в которые более богатые купцы не считают нужным заходить. Оно также достаточно быстрое, чтобы было выгодно плавать на юг, минуя горы Квилеи. Конечно, это противозаконно из-за эмбарго на торговлю, но если имеешь связи и не болтаешь о своем бизнесе, то риск не слишком велик и можно получить хорошую прибыль.