Он робко протянул ей контейнер с овощным рагу.

– Еда... Ешь.

Она хищно повела тонкими ноздрями, подняла, как ему показалось, вопросительный взгляд.

– Еда. Ам-ам.

Девушка взяла контейнер, подцепила капустный лист и тут же бросила - рагу было горячим. Федор виновато пожал плечами. Тикуа-Хша повторила движение и отправила очередной кусок в рот.

Он наблюдал, как она ест, и довольно улыбался. Когда контейнер опустел, девушка быстро облизала пальцы и снова застыла неподвижно, уставившись на спасителя.

– Как тебя зовут? - глупо спросил Федор. - Имя? Тикуа?

Девушка слушала, склонив голову к плечу. Словно поняв, прикоснулась ладонью к груди, произнесла низким голосом:

– Кела.

Федор радостно выдохнул. Первое понимание было достигнуто. Он ткнул пальцем в себя:

– Федор.

Она промолчала, хотя он ждал, что повторит. Но ладно, торопиться некуда.

Он выдвинул из стены лежак, присел на край. Похлопал ладонью рядом с собой.

– Садись, - и подпрыгнул на сиденье, поясняя.

Девушка не реагировала. Федор слегка терялся под ее неподвижным взглядом.

– Садись же, ну?

Она присела на край. На плече темнели овальные синяки - следы пальцев; Федор вспомнил вчерашнюю погоню, и смешанное чувство жалости и какого-то болезненного возбуждения поднялось мутной волной.

Он осторожно провел ладонью по коротким волосам Келы. Девушка следила за ним черными глазами, но не сделала попытки отстраниться. Федор провел пальцами по ее щеке, осмелившись, коснулся шеи. Кела молчала, неподвижная и загадочная.

– Ну, я не знаю... - сказал он. Светлый прямоугольник входа потемнел: опять зашелестел по траве дождь. Весь запал прошел; теперь спасение прелестной обреченной представлялось исключительно дурацкой затеей.