Мередит вернулась в главный зал. Остин Бейли остался в одиночестве, промокая лоб большим грязным платком. Видно, комод не пострадал. Ронни с Тедом отправились по другим делам. Остин поднял голову и увидел ее.

— Ох, Мередит, простите, не заметил. Как здоровье? — Он сунул платок в карман, протянул запыленную руку, вдруг сообразил, что она грязная, и вовремя отдернул. — Извините… Пришлось потрудиться.

— Всё на месте?

Мередит огляделась. Вряд ли что-нибудь еще поместится.

— Пожалуй. Жду гарнитур из стульев… — Остин нахмурился. — Хозяйка обещала сегодня доставить. Я сказал, если хочет продать… — Он пристально и строго уставился на гостью. — Они уже сюда внесены!

Она сообразила, что держит в руках каталог, и поспешила его успокоить:

— Меня больше интересуют винные бокалы. Где они?

Он повел ее мимо крупной медной статуэтки из Бенареса к столу, загроможденному всевозможной обычной и необычной питейной посудой. Высокие оловянные кружки с крышкой, глиняные кружки, пара баварских пивных кружек, деревянный охладитель для вина…

Вошли два-три человека, побрели, разглядывая вещи, в том числе бородатый мужчина в овечьей куртке, который с видом эксперта, отыскивающего подделку, склонился над письменным столиком. Остин Бейли, опасливо на него покосившись, рассеянно обратился к Мередит:

— Получили зеленый бланк? Если сегодня впишете в него ставку, завтра можно не приходить на торги. Конечно, если не захотите развлечься. На аукционе всегда есть риск, что ставку перекроют. Не забудьте, у подателей зеленого бланка десять процентов скидки.

— Куплю перед уходом. Я надеялась встретиться с Салли. Разве ее нет сегодня?