- Интересно, как?… Он запретил брать с собой средства связи, которые можно засечь.

Я постарался скрыть озабоченность. Толан не хотел, чтобы миральские ИИ дознались, что, собственно, он замыслил, а потому лично обеспечил всю электронику защитой от слежения. Я мало-помалу начинал задумываться, не выйдет ли нынешняя вылазка мне боком.

- То есть там у вас никакой связи нет? - Андерс показала на дирижабль.

- Да не стану я стучать. - И я поднялся по трапу, жалея, что нельзя безнаказанно втянуть его за собой. И что так жестко придерживаюсь буквы договора.

В межемрак, когда солнце уходит на строго противоположную от вас сторону планеты, на Мирали воцаряется кромешная чернота. Межемрак сменяет пятичасовую синь и длится около трех часов, предваряя следующие пять часов сини - сумерек, которые представляют собой не день и не ночь, а лишь результат отражения солнечного света от суборбитального пылевого облака. Короче, именно в межемрак меня разбудили вопли и выстрелы. К тому времени как я приладил на место баллон с кислородом и ссыпался по трапу, все уже закончилось; окрестности заливал яркий свет переносных прожекторов.

- Да, вы предупреждали, - злобно фыркнул Толан.

Я подошел к разодранной, пустой палатке Тамиры. Крови не было - да и откуда, ведь чендерье жутко боятся причинить замене вред. Я бросил беглый взгляд на Андерс. Та изучала наладонник.

- Она жива, - Андерс подняла голову. - Должно быть, пользовалась не палаточным, а индивидуальным запасом кислорода. Надо сейчас же идти за ней.

- Штурм-каркасы в межемрак? - осведомился я.

- У нас есть приборы ночного видения. - Она посмотрела на меня так, словно лишь сейчас поняла, до чего я туп.

- Да хоть кошки и совы… Жить надоело?

- Извольте объяснить, - с угрозой в голосе предложил Толан.

- Вы уломали меня поехать сюда проводником. План был такой: устроить базовый лагерь и обследовать окрестности на предмет следов бормокряка. С помощью штурм-каркасов.