Точнее сказать, это был отголосок и продолжение давних споров, которые, единожды начавшись, не затихали никогда. Они возникли, когда обсуждался вопрос как должен перемешаться в пространстве Тобор, которой только что покинул «материнское лоно» – камеру белкового синтеза.

Одни предлагали поставить Тобора на гусеницы, другие – на колесную площадку. Академик Петрашевский, бессменный координатор гигантского проекта «Тобор» выслушал всех и сказал:

– Шаги, шаги и только шаги! Бег – пожалуйста! Прыжки – превосходно! Природа за миллионы лет эволюции не придумала колеса, и это неспроста. Будущее – за шагающими и прыгающими механизмами.

Суровцеву припомнилось, как четыре года назад он переступил порог Института Самоорганизующихся Систем. Юный бионик только что окончил биологический факультет МГУ и получил – жутко ему повезло, просто сказочно, весь курс завидовал! – назначение в Зеленый городок.

Тогда споры о способе передвижения Тобора были в самом разгаре, и Иван без оглядки ринулся в них.

– К чему вообще Тобору ползать по земле? – сказал он однажды, когда Аким Ксенофонтович вошел в лабораторию. – Дадим ему крылья – пусть летает! Разве это сложно?

– Несложно, – согласился академик.

– Двигательный аппарат птицы давно промоделирован.

– И это верно, – охотно согласился Петрашевский и продолжал. – К этому нужно добавить, коллега, что наши белковые неплохо ориентируются в пространстве. Тем более белковый такого класса, как Тобор. Но прежде мы должны научить его перемещаться по земле, да так, чтобы любая преграда была ему нипочем, без такого умения пользы от нашего Тобора будет на грош – что на Земле, что в космическам поиске.

– Пролететь проще, чем пройти.

– Не всегда, – улыбнулся Аким Ксенофонтович. – Кроме того, некоторые планеты, которые предстоит осваивать, лишены атмосферы. Тогда как прикажете?