Первые снежинки падали с неба, укрывая землю тонюсеньким, мгновенно тающим ковром. Зима засылала свои передовые отряды, готовясь оттеснить сестру-осень и самой занять трон владычицы мира. Природа чувствовала приближение холодов и понемногу готовилась впасть в спячку, пытаясь пережить суровое время и копя силы к весеннему буйству. Шурик, кажется, решил последовать примеру и тоже затих.

Утративший активность повелитель Аллу нервировал. Если бы в лаборатории, как обычно, что-то взрывалось, или по городу начали бродить просящие подаяния деревья-мутанты, или произошло нечто в том же духе, принятая бы не волновалась — дело привычное. Но впавший в хандру дханн целыми днями сидел в библиотеке, перечитывая одну-единственную страницу какого-нибудь талмуда, или бродил по дорожкам с потерянным видом. Настроение у него было отвратным, причем женщина не могла понять, почему.

Поначалу Алла боялась, что недавние события, особенно неимоверное быстрое поедание одного из иностранных магов, выльются в долгие и суровые последствия. Ничуть не бывало. С ней всего-то один раз переговорил могучий бородатый мужичина, представившийся отцом Афанасием, чем дело и ограничилось. Был посланник церкви суров, волосат, ликом звероподобен и видом своим напоминал о тех временах, когда дракон московский развешивал стрельцов по стенам, казнил излишне возомнивших о себе бояр и прорубал настолько широкое окно в Европу, что за триста лет закрыть не смогли, хотя очень старались. Его визит послужил основой для нового всплеска слухов среди обитателей усадьбы, а сама Алла долго ловила на себе почтительно-восхищенные взгляды впечатленной статью гостя охраны.

Кроме того, к несомненным положительным сторонам недавнего визита явились завязавшиеся полезные знакомства. Эвиар — «госпожа Эвиар», мысленно уточнила Алла — то ли в благодарность за нового ученика, то ли просто демонстрируя хорошее отношение, предложила обращаться по возникающим вопросам к одному из ее принятых. Как в отношении совместных бизнес-проектов, так и насчет жизненных коллизий мира нелюди.