С этой безрадостной ноты, я как-то незаметно переключился на другой вопрос. Меня интересовала Инга. Как у них там с Марфой все прошло? Изменилось хоть что-нибудь или все осталось на той же стадии? Вот на этом вопросе лицо Или изменилось. Взгляд засветился лукавством и потаенной радостью.

– Она просила передать, что благодарна тебе за всё. Кстати, Алый уже составляет черновой вариант договора о перспективах сотрудничества по вопросам поставки благовоний и прочих ароматных средств в Темное Королевство.

– Серьезно? – искренне порадовался я за светлого, – Значит, его можно поздравить? – и покосился на Алиэля, ревностно наблюдавшего за нами с другой стороны класса.

Тот сразу же отвернулся. Похоже, он не столько за нами всеми присматривал, сколько за Машкой следил. Неужели между этими двумя какая-то искорка пробежала? И что мне теперь делать с приглашением Машкиной женушки? Не отменять же, правда? Но и как их помирить, когда некто светлоухий бросает на темного такие взгляды, ума не приложу.

Но я решил пока этим не заморачиваться и отвлекся на Гарри, которая с восторгом рассказывала Ульке и Тому о том, как она летала к родителям Фа и как её приняли в Пустыне. Оказывается, драконы прямо в полете легко могут перемещаться в пространстве. Фа сидел рядом и тихо гордился своими сородичами, так благосклонно принявшими виверну, которая принесла с собой отличительный знак от него. При этом слово за слово Гарри случайно обмолвилась о том, что дом Фа похож на маленький оазис прямо посреди пустыни. Вот тогда оживился наш гном-мелиоратор и принялся расспрашивать Фа, как у них в пустыне обстоят дела с магической мелиорацией. Ответить ифрит не успел – прозвенел звонок.