Посылать мне свои свитки некуда, так что никаких хлопот. Иногда пересказываю их на скверном французский местному патеру Жаку — тут, кстати, много французиков ошивается — и он, между прочим, хвалит. Специально для него придумал историю, в которой франкофоны в XVIII веке наголову раздолбали британцев и теперь вся страна Америка прозывается Новым Парижем. Он же мне в знак «спасибо» разрешил пользоваться его грузовичком по воскресеньям.

А для одного щуплого индейчика-ирокеза по кличке Большой Бык я придумал Ирокезию от Атлантики до Сибири — он мне за это садовый культиватор подарил. И, кстати, товарищ Бык первый объявил, что я на индейца смахиваю.

А одному хохлу с реки Сент-Джеймс живописал всесветную Украину, где Киев всему миру голова, потому что татары-монголы в свое время его не разорили, загодя сгинув от гриппа. Малоросс, кстати, для меня борова зарезал. Теперь полно в кладовке сала и буженины.

Хорошо, в самом деле, что всякая нация претензии имеет — я на этом приработок могу получить.

Вот опять осень наступила, классная пора в здешних краях, которые чем-то на Урал похожи, только сбоку еще океан плещется. (К слову, сбоку у Урала тоже недавно океан плескался, и это было какой-нибудь миллион лет назад.) По осени леса кленовые-хреновые в багрец и золото оделись, а я вновь подался на бензозаправку подработать. Как-то подкатил фартовый «мерседес-600», но при том непривычно заляпанный. Из кабины вышел человек гнидистого обличья, видно, что не канадец родом.

Я ему сразу по-английски и по-французски насчет того, чтобы машинке глянец придать, а он ответом меня не удостаивает и пилит мимо, в кафешку.