- А это что за лоток? - спрашивает первый незнакомец, без всякого приглашения присаживаясь за стол,- Да ты не обижайся, отец, право же, не вода у тебя, а сущие мышиные испражнения. Ты бы все равно ее пить не смог.

- Вода - это деньги, - говорит второй незнакомец, - а мыши - это дерьмо.

- Так что же это за лоток? - повторяет свой вопрос первый незнакомец, может быть, у тебя там есть что-нибудь вкусное?

- Это леденцы, - безразлично сообщает Капилед.

Незнакомцы, словно по команде, заливаются хохотом. Старик недоуменно пожимает плечами:

- Ну посмейтесь, посмейтесь. Только что тут смешного? Это же всем известно: я, Капилед - торговец леденцами и карамелями, а отец мой был, добрая ему память, лучшим в округе поваром и служил у первого богача города.

- А старик-то наш не прост, ой, не прост! - ухмыляется первый незнакомец, фамильярно похлопывая Капиледа по спине, - Леденцами торгует, молодец. В свои-то годы! А память какая, память! Отца помнит - уважаю, серьезно, отец, очень уважаю.

Второй незнакомец продолжает смеяться, но видно, что делает он это через силу:

- Ладно, хватит дурака валять, - говорит он наконец, - мы уже замучили несчастного старикашку. Пойдем отсюда - денег у него все равно нет.

- Заткнись, - обрывает его первый незнакомец, - мы же не по деньги пришли, - поясняет он Капиледу,- а так, воды хлебнуть, поговорить о том о сем. Ты бы, отец, рассказал нам чего, угостил бы заодно леденцами, мы знаем, у тебя добрые леденцы.

Старик Капилед нехотя ставит на стол свой лоток и осторожно присаживается на край скамьи:

- Как хоть зовут вас? - простодушно спрашивает он, - Вот его, вроде, Добряк, а тебя?

Незнакомцы лукаво перемигиваются:

- А меня - Горбун, - говорит первый, - хоть я, вроде и не горбатей тебя.

- А меня - Хромой, - говорит его приятель, - а, вроде, мои ноги не хуже твоих будут?