– Как ни странно тебе покажется, в нашем положении это – металл, камень, древесина для строительства, энергия… С металлом у нас совсем не так хорошо, как хотелось бы, особенно если учесть, что возобновлять его здесь, похоже, невозможно. С камнем понятно – это единственное, что может остановить саранчу. И в случае серьезной атаки заменить его на глину вряд ли получится. Кстати, мы даже не знаем, каждую ли зиму прилетают эти крысята или с перерывами?.. А с деревом… Тут нам тоже не повезло, мы оказались практически в степи, где только акации да тополя растут, а настоящей деловой древесины не сыщешь. – Вдруг он поймал внимательный взгляд Ростика, слегка нахмурился. – Ты чего?

– С лодками губисков были захвачены карты. Может быть, если на них посмотреть, можно найти леса и руду?

Председатель усмехнулся, повернулся к Дондику.

– Обрати внимание, капитан, как этот юноша формулирует. – Он снова повернулся к Росту. – Хочешь взглянуть на эти карты?

Ростик перевел взгляд в угол кабинета, где на полу стояли свернутые трубочкой листы то ли плотной бумаги, то ли слабого картона.

– Хочу.

Не позволив Рымолову, как старшему по званию, подняться, капитан сам встал, дошагал до карт, взял пару, вернулся к столу, стоящему поперек председательского, развернул их широким жестом. Ростик перевел на них взгляд.

Карты были исчерканы полупрозрачными линиями и пятнами самого разнообразного вида. Тут были и полоски в две-три розовые линии, ряды из точек с непонятными иероглифами по бокам, и везде, где только можно было, от сторон листа к центру сходились разноцветные наплывы разной насыщенности. Никакой аналогии с изобретенными человечеством правилами картографии эти изображения не имели. И понять что-либо из этого нагромождения незнакомых знаков было абсолютно невозможно.

– Значит, так, – начал пояснять Рымолов, обойдя свой стол и в бессчетный раз, наверное, склонившись над этими произведениями абстрактно-геометрического искусства. – Мы полагаем, что губиски засекретили свои знания о той части Полдневья, где нам выпала судьба обитать.