Его все еще можно было привести в замешательство, нечасто и ненадолго. Он колебался секунду, прежде чем сообразил, что она говорит не по злому умыслу, а по полнейшей наивности.

- А при чем здесь это, мисс? - спросил он. - Не думаете же вы на самом деле, что конфликт на Земле - просто воинственность Восточного Калифа, помноженная на пуританскую технологию? - он помолчал, переводя дыхание, потом продолжил: - Но ведь люди Калифа представляют только одну ветвь Рамаркашианских Эклектиков, и есть множество азиатов, выступающих за контроль над населением и техническую цивилизацию, да и в моей команде есть пара таких; есть и американцы, приветствующие Разрушение так же страстно, как любой фермер с берегов Ганга. А мусульмане-хусейниты стоят ближе к вам, мисс Роджерс, чем вы - к новым христианам.

Он замолчал, покачивая головой. Раскол, угрожающий расщепить Землю, был гораздо сложнее, и его невозможно так просто объяснить. Баннинг мог бы сказать, что раскол этот начался с того, что технологии не удалось решить проблемы, которые она должна была решить; но он не стал этого делать.

Спасибо всем добрым богам за то, что теперь люди жили и на других планетах! Урожай, собранный всеми терпеливыми столетиями со времен Галилея, не может пропасть без пользы, что бы ни случилось с Землей.

Андреев зашевелился и приподнялся, упираясь в пол ладонями. Он помотал головой и застонал.

- Интересно, насколько это серьезно, - пробормотал Баннинг. - Мой удар был достаточно сильным. Но большого сотрясения быть не должно. - Он покосился на Клеони. - Может, лучше перенести его в каюту? Не стоит тревожить других пассажиров, ведь правда? А где они все, между прочим?

- Не знаю. Я только что вышла из своей каюты... - она замолчала.

Кто-то бежал к ним с кормы. Коридор изгибался так, что расстояние, большее сорока метров, не просматривалось. Баннинг быстро поднял пистолет.

Из-за поворота выбежал Фалькен, крупный мужчина с квадратным лицом.