Как самый крупный, мощный и отхвативший больше остальных подводных лодок. И творили они на просторах Атлантики все, что хотели. Когда хотели приходили, когда хотели уходили. Фотографировали через перископы пляжи Флориды, перевозили на Кубу ракеты. И никто их не видел. Вот тогда в одной из многих светлых голов, обеспечивающих идеями блок НАТО, родилась мысль — а не перегородить ли Атлантику? Сказано — сделано. Так возникла Проливная зона или Фареро-Исландский рубеж. От Гренландии до Исландии, дальше через Фарерские острова и до материка проложили по дну кабель, от которого, как частокол, встали стационарные буи. И теперь для подводников наступили грустные времена. Незамеченным уже не выскочишь. Проходит лодка линию Проливной зоны, а буй ее слышит и передает сигнал тревоги на центральный пост. Ну, а тут уж дело техники. Какой буй сработал? Сто тридцать пятый? Все туда! И вцепятся в родимую железной хваткой, сразу сведя все ее старания на нет. Потому что главное оружие лодки — это скрытность. А еще могут в издевку по гидросвязи поздравление командиру лодки отправить с днем рождения или Первомаем. Теперь наморщила лбы другая сторона. Как обеспечить незамеченным проход лодки? И ответ нашли. С русской прямолинейностью и сообразительностью. Дешево и сердито. Просто, как предложение вывести вагон щебенки на орбиту и превратить всю программу американцев по созданию системы ПРО в кучу дорогостоящего хлама. Перед тем, как атомоход готовился проскочить сквозь ворота на юг, в районе кабеля появлялась диверсионная малютка, приплывшая в утробе лодки-матки, и беспардонно резала или рубила кабель. Пока разбирались, что случилось, пока ремонтировали да по новой настраивали, наш атомоход уходил незамеченным. Но вечно так продолжаться не могло. Получилось раз, получилось другой, год, два. Но и на той стороне быстро разобрались, что да к чему. И от чего вдруг так часто неполадки случаются на линии. Теперь пошла обратная реакция. Потухли буи — значит, русские лезут. Не знаем точно, в каком месте? Тоже поправимо.