– Мама, никого спасать не надо. Все уже спасены. Даня очищен от позора, Лиля в безопасности, а преступника усердно ищут. Хотя, с чего ты взяла, что преступление вообще имело место быть? Я, допустим, ничего не знаю! Это же такая газета, которая и живет-то за счет своих сумасшедших фантазий! И вообще тебе самое время…

– Нет, Кака, ты слышишь? – фыркнула Клавдия. – Они уже всех спасли! Статья – вот она, извинений никаких, даже не заплатили за обиду, а они, оказывается, всех уже спасли… А где тогда моя невестка, позвольте вас спросить, а?!! Нет, я определенно не могу говорить с этими детьми… Даня!! Немедленно отвечай! Где жена?!!

Даниил как зомбированный встал, отчего-то чмокнул маменьку в маковку и отправился прямиком в ванную. Через секунду уже было слышно, как там с силой хлещет вода. Акакий немедленно предположил худшее.

– Довела мальчика!! – петушком крикнул он. – Топиться пошел!!

– Уймись, – выдохнула Клавдия. – Это он не топится, это он специально воду включил, чтобы не слышать, как я его допрашивать буду. Ну что ж, придется самой и вопросы задавать, и самой же на них ответы придумывать… Ну все самой, все самой… Кака, ну ты прилип там, что ли? Собирайся домой! Нас здесь сегодня не любят.

Акакий поплелся в прихожую, прислушиваясь к шуму в ванной, Аня же родителей не задерживала, что и говорить, ей еще предстояло многое сделать: не дело это – имя брата марать.

Клавдия Сидоровна двигалась к дому семимильными шагами. Акакий Игоревич не успевал за ее поступью, поэтому быстро-быстро семенил ножками, а когда и вовсе безнадежно отставал, бежал вприпрыжку.

– Клавочка, на нашего Даню все равно никто дурного не подумает. И на Лилю тоже. Да там ведь ясно было написано – Растузон! Ну и фамильичку сочинили, правда же, хи-хи… не стоит так волноваться, я думаю!

– Тебе не надо думать, Кака. Это для тебя занятие бессмысленное! А фамилию такую специально придумали, чтобы именно на нашего Даню и подумали, – оборвала пылкую тираду Клавдия, остановилась посреди улицы и воздела руки к небесам. – Господи, какой позор!