После этого он вытек за дверь и в комнате остались только я и мой убийца, причем до сих пор не понятно правда ли это. Кому здесь можно доверять? Кто врёт, а кто говорит правду? Всё это смахивает на забавный сюрреалистичный сон, которому давно пора закончиться, но он упорно не хочет оставлять меня в покое…

— Ну, как тебе их тест на предел доверия? — с улыбкой проговорил мой сосед.

— Дегенератизм полнейший, — зло сказал я, — Меня совершенно запутали.

— Это-то как раз кажется мне совершенно логичным. Человек, который ощущает, что он запутался и ничего не понимает в происходящем, легко управляем. У него нет того рычага управления событиями, который называется доверием. Мы можем управлять миром только в том случае, если мы доверяем ему. Если человек не входит в число тех, кому мы доверяем, то мы не осмелимся им управлять — побоимся предательства. Это, наверное, правильно. Но управлять тобой пока не собираются. Также, как и мной. Нам просто немного хотят скорректировать психику, чтобы мы удовлетворяли начальным условиям эксперимента. Это не больно и не страшно. Твоя коррекция уже понятна — ты не будешь никому доверять. А вот что будут делать со мной непонятно до сих пор.

— Какой ещё эксперимент? — спросил я вяло.

— Не знаю, — сказал он быстро. Слишком быстро для того, чтобы сказать правду.

— Ну и ладно, — как же я могу кому-либо доверять, если меня то и дело обманывают.

— Слушай, — сказал он примирительно, — ты вчера рассказывал мне про фотографии. Не хочешь подробнее объяснить, что ты хотел сказать. Я вроде бы примерно понял, но интересно услышать твою трактовку.

Это было уже что-то. Тут и у меня появилась возможность немного поговорить.

Я напряг память, вспоминая слова моего недавнего собутыльника, и начал медленно рассказывать:

— Фотографии, как бы это объяснить, больше всего это похоже на верёвки, которые удерживают нас в этой жизни. Именно они образовывают тот фундамент доверия, благодаря которому мы можем воспринимать этот мир.