- Угощайтесь, Михаил Михайлович, - радушно сказал Гочишвили. Дурнов отхлебнул из стакана и спросил: - Роберт Георгиевич, так что все-таки за миска? Я не могу основывать свое мнение на слухах. Я даже ничего не видел сам. - Я тоже не видел, уважаемый Михаил Михайлович. Но многие видели. Вот и капитан Воронин видел, командир минометчиков... Вы бутерброды кушайте, кушайте... Вот так. Могу сказать вкратце: в последние два дня над передовой линией обороны регулярно появляется летающий объект, не принадлежащий ни нам, ни немцам. Сужу об этом только по тому, что его обстреливают с двух сторон. Без видимого, впрочем, ущерба. Мда... Гочишвили снова закурил. - Судя по перемещениям, цель появления разведывательная. Никаких оборонительных мер объект не предпринимает, на обстрелы не реагирует. Никаких аналогов я лично не вижу - нигде в мире. Я не знаток авиации, но в свое время много летал, был на выставках в Германии, Италии, лично знаком с Джулио Дуэ. Так вот: подобных технологий нет ни у кого. И еще... Постойте, кажется, капитан пришел. В избу вошел, пригнувшись, длиннющий капитан-артиллерист с лошадиным добродушным лицом. - Добрый вечер, Игнат Петрович, - приветствовал его особист. - Наш ученый совет в сборе. Знакомьтесь: Михаил Михайлович Дурнов, физик. - Очень приятно, - сказал капитан, пожимая руку Дурнова. - Игнат Петрович Воронин. - Как я уже сказал, без чинов и званий, - напомнил Гочишвили. - Сейчас вам тоже принесут чай, Игнат Петрович, и мы поговорим о нашей миске. - А что о ней еще говорить? - Воронин осторожно взял горячий подстаканник из рук ординарца. - Летает, подлая. Сегодня ночью опять видели, около трех. Зависла метрах в двадцати, прямо над позициями. Снимала, что ли... Курочкин по ней из ручняка полоснул, почитай, в упор. Хоть бы что. Теоретически можно в нее из миномета стрельнуть, вот только... - Отставим самодеятельность, - нахмурился Гочишвили.