- Как - не наша? - Гочишвили зло ткнул окурок в пепельницу. - Что значит - не наша? - Не земная, товарищ подполковник, - виновато сказал Дурнов. - Слыхал я и раньше, только никто этим у нас не занимался... В Америке, знаю, зафиксированы случаи... Есть предположения, что инопланетная цивилизация или цивилизации - изучают нас. - Ничего себе версия, - хмыкнул особист. - И это я буду докладывать? Секретное оружие или природное явление - это еще поймут. А ваших инопланетчиков... Сомневаюсь. В штабе реалисты сидят, в Ставке - и подавно. Слава богу, Ставка пока ничего не знает... Короче, разобраться у нас с вами времени нет. Ночь - и все. Если за ночь не прилетит, хрен с ней. Если прилетит - поднимем самолеты, посмотрим поближе, попробуем сбить, наконец! - Вы что, Роберт Георгиевич! - вскочил физик. - Как можно?! Сбить! Это же дружественная цивилизация, возможно, они хотят мира... Может быть, помогут нам... Новые технологии, медицина... - Медицина медициной, а Ставка Ставкой, - разумно сказал капитан Воронин. - Война, Михаил Михайлович. А если они не к нам присматриваются, а к немцам? Думают, как им помочь? Вы же ученый, представьте, что у них совсем другая психология, другая мораль, другое политическое устройство общества... Может быть, Гитлер для них - идеал государственного деятеля. Я, товарищ подполковник, согласен - рассмотреть ближе, а потом, в случае чего, сбить. - На том и порешим. А теперь поедем к летчикам. На помятой "эмке" особиста - Гочишвили сам сел за руль - они двинулись к полевому аэродрому, где базировались штурмовики. Он оказался совсем рядом. Покрытые маскировочными пятнами краснозвездные "илы" стояли на раскисшем поле, поодаль бродил командир эксадрильи - розовощекий майор с двумя орденами Ленина. Он поздоровался со всеми за руку, с особенным интересом посмотрев на Дурнова. Действительно, простой красноармеец, к которому и особист, и капитан минометчиков обращались с уважением, походил не то на переодетого представителя Ставки, не то на жутко засекреченного разведчика.