Алеша во сне почувствовал на себе чей-то пронзительный взгляд. Проснулся, высоко приподнялся на локте, глянул прямо перед собой. Никого. Повернул голову вправо, влево. Снова никого. Но живая душа была где-то рядом. Алеша был уверен в этом.

Он перевернулся на живот. Хотел глянуть назад. И тут же острая боль пронзила его. Подстреленной птицей он оторвался от земли. Падая обратно, схватился руками за раненое место. Думал нащупать вражескую стрелу. Но это была всего лишь травяная колючка.

– Что-то не весел ты, мил человек! – послышался вдруг чей-то старческий смех.

Алеша мигом забыл про боль и досаду. Обернулся на голос. И увидел странное существо – нечто среднее между древней старухой и старой-престарой совой. Какого-то непонятного цвета платье без пояса, на голове шелковый тюрбан, усыпанный мелкими камнями-самоцветами. Широко распахнутые глаза – зеленые и немигающие, но горящие каким-то магическим огнем. В глаза бросался длинный изогнутый зуб, выпирающий из-под верхней распухшей губы. Словом, не женщина, а тоска зеленая.

– Чего нужно? – недружелюбно глянул на нее Алеша.

– Батюшки мои! – закудахтало существо. – До чего ж народ нынче пасмурный! Нет чтоб «здрасти» сказать, так нет, бурчит себе что-то там под нос! А-а, не те нынче времена, не то что раньше…

– Диво дивное! Как звать-то тебя?

– Люди добрые бабкой Аглаей величают. А недобрые… Про Бабу Ягу слыхал?

– Слыхал… Так ты и есть Баба Яга?

– Ну вот… А я-то думала, ты добрый молодец… – надулось существо. – А ты… Ну какой же ты добрый молодец, если бабку оскорбляешь?