– А ты, можно подумать, веришь? А как докажешь?

– Ну, я как-то... подумал.

– Думай меньше.

– Черт, народ, ну люди вы или кто? - сорвался Ларионов. - Ну сознайтесь сами! Ведь совсем же необязательно убивать, мы придумаем что-нибудь. Мы ведь просто жить хотим! Работать! Ну, кто из вас?

– Из нас, да? - с кривой улыбкой уточнил Эжен. - Или из нас всех?

Чавчаридзе играл желваками.

– У меня крутится в голове какая-то мысль... Не могу вспомнить, - пожаловался Букин. - Что-то важное.

– Очередной репортаж из желтой газетенки. Как андроид сожрал бригаду наладчиков.

– Андроид должен беречь себя - вот, какой был третий закон.

– Ерундой мы занимались. Совсем необязательно было заменять весь мозг, достаточно имплантировать малюсенький чип - диагност его мог и не заметить.

– Выходит... начинаем все сначала?

– Почему сначала? Мы вон любовь уже отбросили.

– На видео было, помните, там какую-то дилемму ставили перед роботом, он не смог ее решить и перегорел?

– Ёлки зелёные, ты с психпрограммой потрепись часок! Сам перегоришь быстрее. А фильм - старьё, я помню.

– Ну почему именно мы? Почему именно сейчас и возле Урана?

– Можно подумать, в Тихом океане ты чувствовал бы себя лучше!

– О господи, я вспомнил, - охнул Эжен. - Я все думал, где же я это слышал: Ларионов. Николай Ларионов, наладчик - он же погиб в прошлом году в Тихом океане, где монтировали глубоководный лифт...

Безмолвие оглушило.

Ларионов застыл с открытым ртом, его лицо стремительно бледнело.

Чавчаридзе грузно поднялся.

– Да вы чего, мужики, - неуверенно просипел Ларионов. И завопил, отшатываясь, - Не андроид я! Не андроид! Бригадир тоже мог! Он сам! Он один диагноста настраивал!

Из горла Чавчаридзе вырвался низкий рык. Он с места врезал Ларионову по физиономии - в нос, снизу вверх. Тот, задушенно пискнув, рухнул на стол и тряпкой скользнул вниз.