— Вот сам не могу всё унести, позову братьев и слуг, — лёгкий намёк, что идеи работорговли не чужды Маусу и его гипотетической семье.

— Интересно, — Мирандил пригладил бороду, размышляя. — Богатая у тебя семья?

— Не очень, — Маус, конечно, рисковал, говоря, что он из богатой семьи. Взять его в заложники и потребовать выкуп — не такая редкая форма наживы. Весь фокус только в том, что работорговцам не всегда охота связываться с богатыми семьями или кланами: у тех вполне хватит ума и денег нанять небольшую армию и силой вызволить своего родственника, порешив по дороге всех обидчиков до последнего.

— Но моя семья своё дело знает, — Маус вынул из кармашка на джинсах небольшой бриллиант в четверть сотни карат и подал его Мирандилу лично в руки, нетерпеливым жестом отогнав желающего помочь слугу:

— Чистейший бриллиант редкой огранки.

— Впечатляет, — работорговец был восхищён работой мастера. Этот камень достался Маусу совершенно бесплатно: однажды он спас одного ювелира, попавшего в засаду к разбойникам и тот отдал ему в знак благодарности свои ювелирные камни, из коих только пара сохранилась у Мауса: остальные он продал, чтобы купить патронов и еды.

— Лишь несколько человек во всей округе владеют секретом и технологией такой огранки, — добавил Маус.

— Хорош, ой хорош, — Мирандил с сожалением вернул камень Маусу.

— Да, — Маус не убрал камешек, а стал катать его на ладони:

— Пару таких камней мне дал в дорогу мой отец, желая, чтобы я купил на них что-нибудь красивое и редкое в наших краях…

— Что, например? — Мирандил опять начал поглаживать свою бороду.

— Трудно сказать, — Маус опустил голову, вперив взгляд в свою ладонь, на которой танцевал бриллиант. — Отец и братья всегда так говорят, а я ищу что-нибудь этакое. Вот однажды я принёс им полутораметровый корунд тёмно-синего благородного оттенка, и они вырезали из него чудесный цветок, который теперь стоит у отца в спальне, напротив кровати.