— Кимпериец вышел на стационарную орбиту… — пел Трикстер, зеленый огонек неонки дружелюбно подмигивал в темноте. Хединг блаженно вытянулся в кресле. Пел Трикстер, мигал огонек, кресло плавно подалось в одну, другую сторону, плавно завращалось. Вот и голос кибервраля это подтвердил: «Спокойно, так и должно быть… До конца дежурства далеко, следует отдохнуть… Кресло потихоньку поворачивается, это в порядке вещей… Зеленый уголек разгорается и угасает… Он успокаивает тебя… Все мышцы расслаблены, тело наливается теплой тяжестью…» Чудесно! Все так и делается. Сильнее и сильнее вращается неподвижно стоящее кресло, теплее и теплее внутри, теплее вроде бы и в комнате, тяжелее и ленивее тело.

И вдруг все исчезло.

Хединг видит: приходит к нему Трикстер и говорит:

— Включи мне, будь другом, сектор трикстеристики, разблокируй реактор на корабле, а то не хватит энергии для антигравов.

— Но ведь нельзя! — усомнился Хединг.

Усмехается тонкими губами Трикстер, играет дышащими зелеными глазами:

— А если бы тебе какое-нибудь мозговое поле отключили? То же и мне.

Хединг:

— Но как я сделаю? Во всем Центре нет энергии.

— А аварийная?

— Правильно! — Вскакивает Хединг на резвые ноги (никто еще не отключил), врубает аварийное питание на пульт — пошла работа. Разблокировал трикстеристику, зажег термояд на корабле…

— Спасибо, добрый молодец, век тебя не забуду, — с чувством произнес Трикстер, плавно взмывая в зенит, весело дрыгая ногами (на левой подметка проносилась до дыр).

Хединг очнулся от визга Семионовича:

— Обманули дурака на четыре кулака, а на пятый кулак вышел Христофор Хединг дурак!

Хединг, лежа на полу, пристально посмотрел на своего руководителя. Да, он проснулся на полу, лежащим близко от пульта, немного наискосок к нему. Семионович хмурился и надувался, напрасно пытаясь изобразить суровость.