– А эти знают? - кивнул Павел в сторону орущих посетителей.

– Нет, - покачал головой официант. - Я сказал тебе, потому что ты мне чем-то понравился. Сразу видно, приличный человек. А эта рвань - видеть их не могу. Они собираются здесь каждый день, ничего не заказывают, орут как ненормальные и ломают лавки. Ненавижу! - Официант даже стукнул кулаком по столу. - Из-за них в городе нечего жрать. Вместо того чтобы работать, они устраивают свои митинги, и с каждым днем становится все хуже и хуже.

В отличие от пламенной и по сути справедливой речи оратора, публика, о которой говорил официант, не нравилась и Балабанову. Он считал, что город действительно нуждается в основательной чистке. От этого стало бы легче и фермерам, которым городские бродяги не давали спокойно жить и работать. Всего сутки назад Павел сам стал жертвой таких вот крикунов, поэтому он не очень удивился словам официанта.

– Спасибо, друг, что предупредил, - поблагодарил Балабанов и накрыл своей ладонью руку молодого вампира.

– Не за что. Кстати, меня зовут Николай.

– Павел, - представился Балабанов.

После знакомства официант вдруг совсем разоткровенничался:

– Ты знаешь, я не хотел становиться вампиром. Знакомая сделала. Она работала в мэрии секретарем первого заместителя мэра города. Была его любовницей. А потом у нас с ней случилась большая любовь. Она меня и обессмертила. Вот я сейчас думаю, неужели целую вечность буду работать в этом поганом трактире, обслуживать всякую сволочь? Ты только представь - вечность!

– Понимаю, - сказал Павел и попытался перевести разговор на нужную ему тему. - Ты говорил, что в гостинице останавливаться нельзя. Может, приютишь на одну ночь? Я тебе заплачу. У меня в городе совсем никого не осталось.

– Хорошо, - не раздумывая, ответил Николай. - Ночью трактир разгромят, это факт. У меня в подвале есть потайная комнатка. Там нас никто не найдет. А денег мне твоих не надо. Я всегда считал, что не все покупается за деньги и не все продается.