- В холодильниках вашей нелегальной... гм... лаборатории обнаружена некая существенная часть человеческого тела, не принадлежащая покойному Гью Кесснеру, ибо у последнего она оказалась на месте. Что вы можете сказать по этому поводу?

- Ровно ничего, господин прокурор.

- То есть как? Теперь вы отказываетесь отвечать на вопросы прокурора?

- Избавь меня бог, господин прокурор. Я только хотел сказать, что эта часть не моя.

- Охотно верю. Однако как она очутилась в вашем холодильнике?

- Мне ее передали на хранение.

- Кто?

- Некий Тракш. Это очень богатый человек, сэр. И у него мания. Он себе заменил почти все. Вероятно, и это хотел заменить, но позднее...

- Он не говорил вам, откуда это у него?

- Не говорил, сэр. А я человек нелюбопытный... Он пришел, оставил, заплатил за хранение за год вперед. И уехал путешествовать. Я готов допустить даже, что эта штука - контрабандная. Может быть, из Африки? Иначе зачем бы Тракш пришел ко мне? Ведь он мог оставить ее в спецсейфе одного из государственных банков.

- Обвиняемый Джон Смокри, вам будет предъявлено еще одно обвинение. Незаконное хранение контрабанды. Статья 17, параграф 39 уголовного кодекса.

- Простите, господин прокурор. Относительно контрабанды это только мое предположение. Господин Тракш мог приобрести эту штуку и законным путем. Разве наш гуманный закон запрещает...

- Довольно демагогии, обвиняемый. Наш гуманный закон ничего не запрещает своим гражданам, за исключением того, что он не разрешает. А не разрешает он, в частности, нерационально и расточительно использовать поголовье страны, превращать здоровых, полноценных граждан в пересадочный материал для тех, кто нуждается в ремонте и может заплатить за него любую цену. Вам понятно, обвиняемый?

- Вполне, господин судья. Это же так просто. Тем не менее вы сами, господин судья, когда вам понадобилась поджелудочная железа...