– Замечательно, – отозвался Луис. – Вампирам удалось выжить!

– Не только вампирам. Смотри дальше.

Лучше Всех Спрятанный засвистел; на экране появились далекие горы.

Тридцать с небольшим человекообразных шагали по проходу между гребнями гор. Двадцать один вампир, шесть малорослых краснокожих пастухов, которых они видели в свое последнее посещение, пять более темных и рослых человекообразных существ, два человекообразных с крохотными головками, возможно, не относящихся к разумному виду. Все пойманные были обнаженными, ни один не пытался бежать. Вид у них был усталый, но довольный. Каждого представителя иных видов сопровождал вампир. Только несколько вампиров были в одежде, защищавшей их от холода и дождя. Одежда была определенно позаимствованной, скроенной явно не на того, кто ее носил.

У вампиров не было ни капли разума, по крайней мере так говорили Лучше Всех Спрятанному. Хотелось бы знать, как животные собираются использовать пленников – в качестве рабов или домашнего скота… впрочем, неважно.

– Луис, Чмии, видите? Другие виды живых существ тоже не погибли. Однажды я даже видел Строителя Города.

– Признаков рака я не замечаю, мутации тоже, – проговорил Луис By, – но они должны присутствовать. Лучше Всех Спрятанный, я получил сведения от Тилы Браун. Тила была защитником, причем отличалась гораздо большей сообразительностью и наблюдательностью, чем мы с вами. Она назвала такую цифру: один с половиной триллион смертей.

– Да, Тила была умна, но она была человеком, Луис, – возразил кукольник. – Человеком она осталась даже после своего преображения. Люди не могут прямо смотреть на опасность. Вы считаете кукольников трусами, но истинная трусость – это не смотреть.

– Оставь свои рассуждения. Прошел только год. Признаки рака могут проявиться лет через десять-двадцать, а мутации – через целое поколение.