- Ира… - сама не понимая этого, прохрипела Маринка. Она закашлялась. - Ирка! Ирина! Королевишна, помоги! - теперь она уже кричала.

- …ги… ги… ги… - прошептало отвратительное эхо.

- Ирина-а-а!

- Не кричи, - сказал рядом гнусавый голос и хлюпнул нос.

Принцесса Ирина куталась в мантию. Маленькая корона на её голове сместилась куда-то вбок. Да и вообще, сестра выглядела несчастной и полусонной.

- Не кричи, - повторила Ирина. Из мантии появилась рука со смятым кружевным платком. Иринка высморкалась и сказала в нос. - Пойдём домой, а? Я таблетку выпила, теперь спать хочу.

Маринка смотрела на королевишну, прижав к груди руки. Ирина была сейчас такая красивая… хоть и нос распух, и сопливая. Какая она всё-таки молодец, какая замечательная! Глаз не оторвать! В голове промелькнуло: "Никогда больше с ней ссориться не буду! Никогда-никогда! И пупсика резинового ей насовсем отдам. Пусть играет!"

- А я крышки купила, - прошептала Маринка, улыбаясь от радости. В зелёном болотном свете Ирину, казалось, освещал тёплый огонёк свечи. Она была какой-то очень-очень живой и яркой, - она просто светилась изнутри, как фонарик из ватмана, которые так мастерски делает король-отец. Темнота и призрачное сияние злобно клубились вокруг неё, но не могли даже прикоснуться.

- Давай руку и держись крепче.

- Ой, Иринка, я тоже начинаю светиться!

- Что?

- Я тоже…

- Погоди… дай мне подумать… - заторможенным сонным голосом сказала Ирина и закрыла глаза.

В темноте приближался кто-то огромный. Кто-то, чья голова маячила над стеллажами, где, видимо, давно уже подлым колдовским образом исчез потолок. Наверное, над сёстрами нависало чьё-то чужое мглистое небо, в котором не было ничего, кроме затаившейся тьмы и гнусного, слабого сияния.