— Меня это не особенно беспокоит, — улыбнулась землянка.

— Тамара, мы приглашены в Дом Старости, — сообщил Рамчандра.

— Мы оба? Когда?

— Оба. Прямо сейчас.

— Как только тебе удалось это? — подивилась Тамара по-английски, соскакивая с валуна, который делила с Карой, Либизой и охапкой отжатых одеял, и выбираясь на берег.

— Просто попросил.

— Я пойду с вами, — объявила Кара, прыгая следом. — Освейн!

— А разве женщинам можно? — спросила Тамара.

— Конечно. Ведь это Дом Старости, значит, мужчин там не встретишь, — ответила Кара, отряхиваясь и целомудренно натягивая край туники на свою плоскую грудь. — Вы идите вперед. Я забегу за Бинирой — она растолкует, если что не пойму.

Встретимся прямо там.

Наспех отряхнув со ступней облепивший их серебристый речной песок, Тамара двинулась следом за Рамчандрой по тропке, петлявшей сквозь пестро изукрашенный лес. То и дело соприкасаясь со спутником плечом, она остро ощущала близость его смуглого, ладно скроенного, хотя и хрупковатого тела, и краешком глаза любовалась горделивым орлиным профилем. Она прекрасно сознавала, что получает от того буквально физическое удовольствие, но теперь у нее имелись заботы и посущественней.

— Нас ждет там какая-то церемония?

— Понятия не имею. Я не расшифровал еще некоторые ключевые термины. Моя просьба допустить нас в Дом Старости сама по себе оказалась достаточным основанием для созыва там какого-то собрания.

— А против этого у них не будет возражений? — Тамара указывала на диктофон, висевший у Рамчандры на поясе.

— Какие еще возражения могут быть в этом марионеточном царстве грез? — отозвался он, и скупая улыбка чуть смягчила жесткие его черты.

Двое древних старцев, иссушенных безжалостным временем до полупрозрачности, провели землян в потемки большого, но ветхого прибежища дряхлости; еще шесть-семь таких же почти что теней, рассевшись полукругом, уже ждали там.