Над дверью стукнул надтреснутый колокольчик, она широко распахнулась, и в таверну вошел низенький толстяк весьма самоуверенного вида. Стягивая с левой руки перчатку, он бодро огляделся и, завидев странного посетителя, устремился прямо к его столику.

- А, вот ты где, Эдди! - радостно воскликнул он, приближаясь. - А я тебя ищу по всему городу. Послушай, где ты пропадал столько дней? Мне сообщили, что ты остановился в "Брэдшоус", о'кей, прихожу туда - и что же? Узнаю, что ты снял комнату только на одну ночь и тут же исчез куда-то, как провалился! Поверишь ли, мне пришлось выкупать твои вещи, иначе они грозились распродать их с аукциона, чтобы возместить убытки. Эти мошенники просили с меня пять долларов, но я-то знал, что у тебя нет с собой ничего, кроме старого тряпья и рукописей. Мы сторговались на трех и расстались добрыми друзьями. Так что, дружок, ты должен мне три доллара. Впрочем, я пришел не за этим, Эдди, - он плюхнулся на свободный стул, последний за этим столиком, и, пристально глядя в расширенные зрачки мужчины, проговорил раздельно и отчетливо: - Я ПРИШЕЛ ЗА МОЕЙ ТРОСТЬЮ.

При этих словах его рука в толстой желтой перчатке легла на трость, которую мужчина продолжал держать на столе. Толстые пальцы с хорошо различимым швом по бокам, как у рептилии, плотно обхватили гладко отполированную деревянную палку. Мужчина дернул трость на себя, толстяк не отпускал, продолжая пристально глядеть ему в глаза.

- Кто вы такой? - раздраженно спросил мужчина. - Какого черта вам всем от меня нужно?

- Ты что же, не узнаешь меня, Эдди? - удивился толстяк. - Я твой друг, Джимми Картер, доктор Картер. Мы познакомились в "Старом Лебеде". Я пользовал тебя, когда ты жил у Макензи, ты разве забыл? Помнится, тогда ты обещал мне, что больше капли в рот не возьмешь. Похоже, дружок, ты нарушил свое обещание. Не удивительно, что у тебя отшибло память.