Агамемнон ничего не ответил. Геликаон был близок к Приаму, царю Трои, а Агамемнон заключил договор о союзе с Троей и с большинством царств, находящихся на восточном побережье и занимающихся торговлей. Несмотря на этот договор, пиратские корабли, оснащенные на деньги микенцев, грабили города его союзников, захватывали торговые суда с золотом, медью, свинцом, оловом и алебастром. Все корабли отдавали царю десятую часть их добычи. Это позволяло ему содержать армию и дарить подарки простым воинам и полководцам. Однако Агамемнон открыто осуждал пиратов и угрожал им смертью, поэтому он не мог объявить Геликаона врагом Микен. Троя была богатым и могущественным царством, торговля медью и оловом с которым была очень выгодна. А эти металлы необходимы, чтобы ковать оружие и доспехи.

Война с троянцами неизбежна, но он еще не готов выступить против них открыто.

Действие благовоний Пламени Предсказаний ослабло, и Агамемнон почувствовал, как туман в его голове проясняется. Слова жреца были очень убедительны. У него будет сын, и его имя останется в памяти людей на годы.

Старик говорил еще о семенах смерти, и он не мог оставить без внимания это предупреждение.

Царь посмотрел светловолосому воину в глаза:

– Сообщи всем, Коланос, что человека, которому удастся убить Геликаона, ждет награда золотыми монетами, дважды равная его собственному весу.

– Все пиратские корабли в Зеленом море начнут охотиться за ним за такое вознаграждение, – сказал Коланос. – С вашего разрешения, царь, я возьму три своих галеры и отправлюсь на его поиски. Но это будет не так легко. Он хитрый воин, и сердце его остается холодным на поле боя.

– Ты заставишь его поволноваться, мой победитель духов, – успокоил его Агамемнон. – Найди тех, кого он любит, и убей их. У него есть семья в Дардании, младший брат, которого он безумно любит. Начни с него. Пусть Геликаон познает гнев и отчаяние. Затем лиши жизни его самого.