Перегрин кивнул.

— Так вот, человек, которого вы подстрелили — это Альфонсо Бьой Контаридо, по кличке «Чикилла», любовник Эскапильо. А мулат, который знает, что это сделали вы, зовется Гектор Пончиа, по кличке «Эль Диабло», правая рука Эскапильо, специалист по самым грязным и кровавым делам. Вы и с нами не будете в безопасности, но если вы останетесь один в этом городишке, то за вашу жизнь я и цента не дам. Несколько минут назад, вы, Перегрин, самолично подписали себе смертный приговор. И если вы попадете в лапы Эскапильо, то с вашей стороны будет очень наивно рассчитывать на быструю и легкую смерть.

Полковник замолчал и стоял, со значением разглядывая этнографа. Этнограф с отвисшей челюстью переваривал услышанное и смотрел на полковника. Капитан Пентекост нетерпеливо переводил взгляд с полковника на Перегрина.

— Но… у меня там вещи в гостинице… и Виктора предупредить надо… — наконец выдавил из себя Такэда. — Мы не сразу уезжаем, — терпеливо пояснил полковник, — пока все формальности с полицией уладим, потери подсчитаем, состояние джипов проверим…. вы все успеете сделать. Идемте же.

Из пяти принадлежащих команде полковника джипов на ходу были три. В них и разместились все уцелевшие и легкораненые. Двоих убитых и одного тяжелораненого оставили в Пуэрто-Манчо под ответственность полиции и местных спецслужб.

Маленькая колонна продиралась по грунтовке сквозь гущу прибрежных дождевых лесов. Моторы джипов взревывали на колдобинах и ухабах, колеса пробуксовывали в красном суглинке. Но вопли попугаев и яростные трели других тропических птиц заглушали даже гул двигателей. Такэда вместе с полковником и капитаном ехал в средней машине. Кроме них и водителя в джип втиснулись сержант Уиллис и еще два спецназовца — так Перегрин окрестил про себя этих крепких парней в штатском но при оружии.