Но до чего же это скучное дело - политика, - если не можешь во время заседания вскочить и сдернуть докладчика с трибуны или врезать по уху представителю оппозиции!..

Какое-то время спустя (часов здесь никто не наблюдал, и потому, наверное, все были счастливы) я отправился с Ульяновым встречать приходящих.

Ульянов почему-то очень не любил, когда его называли Ленин утверждал, что это гойская кличка, а сам он, еврей по крови и Бонк по фамилии, никогда не любил гоев и революцию в России сделал исключительно для того, чтобы им было плохо.

- Это аморально, - возмутился я, впервые услышав такое объяснение. Там же были миллионы евреев!

На что раби Акива, с которым мы успели подружиться, дал ответ:

- Не слушай ты этого потомка Хама. Я сам слышал, как он недавно, на митинге политиков "Восьмой уровень - за экологическую чистоту!" утверждал, что революция - это его идея фикс, и он, будучи исконно русским, хотел сделать революцию в государстве евреев, чтоб им было плохо. Но поскольку в то время еще не было Израиля, ему пришлось удовольствоваться Россией, поскольку там евреев было больше даже, чем в Америке...

- Фу! - сказал я, и с Ульяновым предпочитал не разговаривать.

Но дежурные пары отбирает генератор случайных чисел, и, в конце концов, получилось, что встречать приходящих отправились мы с Владимиром Ильичом.

Жерло туннеля было хотя и не материальным, но все же и не исключительно астральным созданием. Ведь новая душа, вылетев из тела (это я помнил по себе), еще не успевала освоиться в астральном мире, материальное было ей ближе духовного, и это было учтено Им при конструировании переходного блока. В результате наши возвращались с дежурства с простуженными душами и вынуждены были лечиться настоями из философского камня. Теперь это предстояло и мне, а присутствие Ленина настроения не улучшало.

И кто, вы думаете, вылетел из туннеля первым? Вот игра случая - это оказался Ариэль Бен-Шалом, депутат кнессета от Ликуда.