Ну вот, теперь все ясно: это не у меня крыша едет, это у него в мозгу дырка величиной с грецкий орех, и ветер в ней гуляет, и чердак явно течет. Словом, спятил мужик, возомнил себя Санта-Клаусом.

Я опасливо попятился назад. Дед Мороз печально вздохнул и весь как-то сник.

— С детьми куда проще, — сказал он отрешенно, глядя куда-то мимо меня. — Дети верят. Верят, что я настоящий. И принимают подарки как должное. Поверьте, сударь, нет большей радости, чем знать, что в тебя верят и тебя ждут. А взрослые… хм… те слишком разумны, чтобы верить в детские сказки. Что ж, пускай себе живут в своем тесном ограниченном мирке, где нет ни сказок, ни волшебства, ни настоящих Дедов Морозов. Я нужен не им, я нужен их детям. Я никогда не дарю подарки взрослым, да они и не ждут их от меня. Разве можно ждать то, во что не веришь? До сих пор я никогда не нарушал своих принципов, вы — первый взрослый, кому я решился сделать настоящий, а не купленный в магазине, подарок. Теперь я вижу, что совершил ошибку. Принципы — великая вещь. Надо следовать им до конца. Очень неприятно, знаете ли, когда тебя считают сумасшедшим.

Он повернулся и пошел прочь. А я, как идиот, стоял с этой дурацкой квитанцией в руках и клял себя на чем свет стоит. Ну и наглый же я мужик! Ни за что ни про что обидел хорошего человека. Мне стало жаль его, и я… вдруг поверил. Поверил в настоящего Деда Мороза!

Ведь сейчас Новый год, а в Новый год, как известно, случаются всякие чудеса.

Где-то пробило одиннадцать.

Я кинулся догонять его.

Глава третья

— Эй, постойте! Да погодите же вы наконец!

Я нагнал его, когда он как раз собирался свернуть в какой-то проулок. Он остановился, в глазах его читался вопрос.

— Вы что-то хотели, сударь?

— Да, хотел. — От быстрого бега я дышал часто, с присвистом, клубы пара вырывались из моего нутра. — Я хотел вас кое о чем спросить.