Но в то же время у меня не было ощущения, что парень растёт маньяком, скорее ненависть к конкретным людям, проецировалась у него на всех, кто носил знаки различия регулярной армии или серую форму полицейских. Лучше всего у парня было со стрелковой подготовкой, хотя АКМ был ему слегка великоват и по началу, оставлял огромные синяки на плече. Но с течением времени, Симон наловчился и сшил нечто вроде кожаной подушечки, которую одевал таким образом, чтобы подкладка из конского волоса смягчала импульс отдачи. Теперь парень скользил по сельве словно тень, не потревожив ни одной лианы или ветки на кусте, а стрелял не промахиваясь. Каждый раз, когда намечалась «острая» акция, первым в рядах добровольцев был этот невысокий, худощавый парень с невыразительным, круглым лицом и стриженными почти наголо чёрными с ранней проседью волосами. Пацан отлично знал местность и мог очень нам пригодиться, видимо Рауль не рискнул как обычно, давая мне свою родню, возможно груз действительно очень важен для отряда.

Я попрощался с Раулем, выразившись в том смысле, что его груз мы постараемся вернуть уже завтра вечером. В любом случае, видеть эту сальную рожу, означало испортить себе настроение как минимум часа на два. Зайдя в нашу общую с парнями, мазанку, я присел за стол, плетёный из лёгкого, но очень прочного сорта местного камыша, который был тем более ценен, что очень плохо загорался, а высыхая, становился очень прочным на излом. Трое спало под опущенной москитной сеткой после ночной вылазки, ещё двое чистили оружие, осматривая наши хитрые, по местным меркам, АКМН

От размышлений меня отвлёк далёкий гул двигателя. Американские F-14 морского базирования, судя по воющей нотке в тоне звука, это странно: местные закупались у французов, амеры поставляли сюда только старенькие «ирокезы»

Камрад Чжан разместился вместе со своими железками в пещере, на глубине двадцати метров от поверхности. Антенна была замаскирована в зарослях и располагалась на другом конце лагеря. Мы слушали частоты федералов и некоторые переговоры с базы в Санта Хос, где амеры тренировали местных рейнджеров. Но основная функция степанова хозяйства, была в поддержании связи с «учёными», с гидрографического судна «Академик Владимир Александрович Потапов».