Вишер действовал молниеносно. Все показания приборов в течение всей экспедиции сохраняются в банке данных, поэтому он открыл кассету электрометра, присоединил её к видеоэкрану и пустил запись в замедленном темпе. Прошла секунда, и указатель на экране устремился вверх от нулевой отметки. Должно быть, прибор был поражён электротоком чудовищной мощности. Указатель в течение нескольких наносекунд показывал 2000 вольт на метр, потом пошли бессмысленные показания… Электрометр перегорел.

У Вишера на лбу выступили капли пота. Невозможно было, чтобы эта планета обладала электрическим полем, в миллиард раз превосходящим поле Земли. Но не существовало возможности в течение одной секунды войти в поле такой мощности. Электрические поля подчинялись закону, который гласил, что их сила уменьшается пропорционально квадрату расстояния от источника. Будь планета опутана невероятно сильным полем, электрометр зарегистрировал бы его постоянное нарастание. Но поле, в котором находился ЭУР2002 — ничего другого Вишер не мог себе вообразить — было своевременно включено.

Он заменил вышедший из строя прибор новым, который отказал, как только были присоединены сенсоры, находящиеся на внешней обшивке корабля.

— Обшивка корабля состоит из диэлектрического материала, — объяснил он, — а диэлектрики притягиваются в область более высокого электрического поля, так что мы движемся в неоднородном поле, которое, вероятно, исходит с поверхности планеты, вытягиваясь в пространство в виде воронки.

Барлетта кивнул.

— Скорость падения больше не увеличивается, — сообщил он через некоторое время. — Теперь двигателям удалось компенсировать притяжение. Скорость снижения — сто в секунду, расстояние до поверхности — семь-восемь-шесть кило.

Вишер удивлённо покачал головой. Наивысшие показания электрометра составляли около 2000 вольт на метр. Такую силу поля получали в основном только в лабораториях. И он до сих пор так думал. Однако здесь поле такой чудовищной напряжённости было естественным.