— Причина? — коротко спросил Вишер.

— Неизвестна, — ответил Барлетта.

— Компенсировать носовыми дюзами.

— Понятно.

Понаблюдав за действиями Барлетта, Вишер снова включил интерком.

— Извините, если я кого-то прервал, — по его голосу не было заметно, что произошло что-то непредусмотренное. — Я должен поставить вас в известность: впредь покидать корабль будут только небольшие группы, составлять которые я буду сам. Мы не знаем, какие опасности поджидают нас на этой планете, поэтому не можем спешить, дабы не наткнуться на что-то, не известное нам. Я прошу всех, у кого есть соответствующие приборы, во время облёта держать глаза открытыми, докладывая в централь о каждом сделанном открытии. Конец указаний.

Он поспешно отключился и повернулся к Барлетте:

— Что случилось?

Барлетта пожал плечами с выражением отчаяния на лице.

— Посмотри сам, — произнёс он сердито.

Вишер с первого взгляда понял, что носовые дюзы работали на полную мощность, но, несмотря на это, корабль продолжал падать, хотя и немного медленнее, чем прежде, но так же неудержимо.

— Причина уже известна?

— Нет, но я ещё пытаюсь обнаружить её.

Двигатели ЭУР2002 были в состоянии за два дня разогнать корабль до субсветовой скорости. За это время они развивали мощность в семьсот триллионов киловатт, так что неописуемая сила, влекущая корабль к почве и полностью гасящая всю мощность носовых дюз, намного превышала тягу двигателей. Такое огромное количество энергии нигде во Вселенной вырабатываться не могло незаметно, но на экране не было видно ничего, — абсолютно ничего, что указывало бы на то, кто или что тянуло ЭУР2002 вниз.

— Расстояние до почвы восемь-пять-ноль кило.

Взгляд Вишера упал на электрометр, показывающий плотность поля за пределами корабля. Цифры на шкале бессмысленно и бессистемно прыгали взад и вперёд. Нажатие на контрольный рычаг не оказало никакого видимого действия. Прибор вышел из строя.