А Хаген, Данкварт, Фолькер и Гернот гнали прочь Всех саксов, государю пытавшихся помочь. Им славно Синдольт, Хунольт и Ортвин помогали. Удары их без промаха бегущих настигали. Меж тем сошлись вплотную два царственных бойца. Хотя над ними копья свистели без конца И дротики впивались в край их щитов стальных, Лишь за своим противником следил любой из них. Вот спешились герои и начали опять Ударами лихими друг друга осыпать, Не замечая даже, что бой вокруг идёт И в них, что ни мгновение, летит копьё иль дрот. У короля порвалась застёжка под щитом. Почуял королевич, что справится с врагом. Уже немало саксов умолкнуло навек. Ах, сколько ярких панцирей Вдруг Людегер, чей натиск вторично был отбит, Увидел, что короной украшен вражий щит. Король могучий понял, что за боец пред ним, И крикнул громким голосом воителям своим: «Мои вассалы, битву прервите сей же час. Сын Зигмунда сегодня войной пошёл на нас. Здесь Зигфрид Нидерландский — его я узнаю. Видать, сам чёрт привёл меня столкнуться с ним в бою», Велел он, чтоб дружина знамёна опустила. Ему на мир врагами дано согласье было, Коль с ними, как заложник, на Рейн поедет он. Так Людегер был Зигфридом в покорность приведён. Вожди посовещались и прекратили бой. Сложили наземь саксы, нарушив ратный строй, Кто щит, кто шлем разбитый, кто целиком доспех — Следы мечи бургундские оставили на всех. Отдав приказ носилки для тех соорудить, Кто из-за ран тяжёлых совсем не мог ходить, Меж пленных стали Гернот и Хаген выбирать