— Ничего хорошего, — ответил Рейш.

Планета увеличивалась на глазах: мир более тусклый и темный, чем Земля, омытый золотисто-коричневым светом. Они уже могли различить континенты и океаны, облака и штормовые вихри — ландшафты не очень молодой планеты.

Потоки атмосферного воздуха, воя, заклубились вокруг бота, стрелка термометра резко подскочила до красной черты. Рейш через самодельное устройство осторожно прибавил энергии двигателям. Бот замедлил движение, стрелка термометра дрогнула и опустилась до более низкого уровня. Из машинного отделения донесся негромкий взрыв, и бот снова стал падать.

— Опять! — вздохнул Адам. — Теперь дело за аэродинамикой. Лучше надеть ремни, может, придется катапультироваться.

Он откинул закрылки, опустил до отказа руль высоты, и бот, со свистом рассекая слои атмосферы, пошел вниз по наклонной плоскости.

— Как там с воздухом? — спросил Рейш.

Уондер проверил показатели анализатора.

— Пригоден для дыхания. Близок к нормальному земному.

— Хоть в чем-то нам везет.

Через сканскопы они могли теперь различить детали. Под ними расстилалась широкая равнина — степь, кое-где отмеченная барельефом холмов и растительности.

— Никаких признаков цивилизации, — сказал Уондер. — Во всяком случае здесь. Может быть, выше, вон там, у горизонта, те серые пятна...

— Если мы сядем и никто не помешает чинить систему контроля, все будет в порядке... Правда, наш бот не приспособлен для вынужденной посадки на неровную поверхность. Лучше попытаться спустить его на грунт и катапультироваться в последний момент.

— Точно, — сказал Уондер. — Вон там. Что-то похожее на лес. Идеальное место для падения.

— Все. Падаем...

Бот несся вниз; земля становилась все ближе. Перед ними поднялись высокие стволы влажного черного леса.