Теперь антенны. Из белого песка торчали небольшие тарелки и длинные скрученные куски проволоки. Солдаты устанавливали их, скрепляя между собой. Они спешили. Из фургона, глядя под углом в небо, выдвинулась пусковая установка. Еще солдаты что-то вертят в руках, проверяют. Струйки пара из игрушечного самолета... пламя.

Самолетик окутало дымом, потом он возник снова, крошечный, безобидный, над пусковой установкой, над фургоном, все выше, все быстрее поднимаясь в небо. Яркая желтая вспышка – видно, заработал реактивный двигатель. Хайд отбросил киноаппарат, оттолкнул парнишку и поднял бинокль. Афганцы переговаривались между собой, будто завидуя владельцам нового оружия. Поводя биноклем, он стал разглядывать небо, облака и темный склон горы.

Поймал взлетающий все выше, уменьшающийся в размерах аэроплан. Выше, выше, меньше, меньше, совсем крошечный... с орла, с ворону, с воробья, потом, прежде чем исчезнуть в уже потемневшем небе, с маленькую точку. Ему показалось, что еще раз увидел, как тот, словно кристаллик льда, отразил солнечный луч. Потом внимание снова переключилось на то, что происходило на дне узкой речной долины.

Солдаты в наушниках настраивают небольшие тарелки радаров, на крыше фургона торчит круглая антенна, пусковое устройство втянуто внутрь. Он взглянул на Нура. Озадаченный афганец снова смотрел на него с должным уважением. Хайд презрительно ухмыльнулся. Чем, черт возьми, они здесь занимаются?

Казалось, афганцы сбились в кучу, хотя на самом деле они рассредоточились по уступу скалы, каждый в своем укрытии. Несмотря на холод, его бросило в жар, щеки тряслись, но теперь не от усталости. Беспилотный летательный аппарат, дистанционно управляемый изнутри фургона с помощью волновых антенн и наблюдаемый при посредстве "тарелок". Вот, черт возьми, что это такое! Дистанционно пилотируемый летательный аппарат (ДПЛА) со съемочным устройством на борту, способный благодаря моторчику болтаться пять-шесть часов на высоте до шести-семи тысяч метров.