Есть жильё. Богатейшая природа. Многие переквалифицировались по лесной части. Что от мира оторваны - оно при нынешней напряжёнке и к лучшему. Только вот, событий реальных мало. Конечно, телевизоры там, спутниковые антенны, мобильники, но это всё, как Райкин говорил: "Кое - что есть, но… не то". Особенно молодёжи трудно. Несколько просветив Макса об особенностях местной жизни, Петрович вновь попросил юношу не отказываться и показать молодёжи "настоящую музыку".

- Боимся мы за них. Такую жуть на своих вечерах крутят, что собаки воют. Директорша наша у спонсора инструменты выпросила, чтобы ребята учились. Научились! И тоже самое. А нам: "Вы не понимаете современной музыки!" Это мы - то! Сами не в средневековье родились. Но эти нынешние речитативы с завываниями! В общем, не развлечения ради. Договорились? Вот и лады.

Дом Петровича находился в конце посёлка. "Специально поближе к лесу" - объяснил хозяин. Ну, дом как дом. Палисадник. Во дворе - пусто

"Ничего не сажаю, всё лес даёт. А чего не даёт, докупаю". Здоровенная лохматая псина вылезла из будки, завиляла хвостом и хромая, двинулась к хозяину.

- Ты не бойся. Она у меня умница. Если кто со мной, значит - друг. Не гавкнет даже. А так. Видишь - хромает. На медведя ходили.

- На медведя?

- Потом шкуру покажу. Это, конечно, не то, что предки - с рогатиной, но всё равно. Вот… Так мой Артур в зад косолапому вцепился и не отпустил. Тот, уже падая, его и придавил. Я думал, было - всё, конец псине. Ан нет, аклимался. Вот только лапы задние волочит. Уже не охотник. Да и не сторож - больше как это правильно, сигнальщик. Да разве выгонишь?

Рассказывая эту историю хозяин гладил отважную псину а та, словно понимая, что о ней разговор, косилась на Макса - как воспримет?

- Добрый пёс, - погладил Максим лохматое создание. Если бы это знакомство состоялось пораньше, уже завтра утром Этот Артур смог бы вновь пойти с хозяином на охоту. А так - только посочувствовать. Пёс прижался к колену юноши и вдруг лизнул обгоревшую кисть его руки своим тёплым шершавым языком.