- Все это правда, но такие вещи ничего не значат для глупцов, принцесса. Я знаю. Я вырос здесь. Ваши реформы нашли поддержку у мелких торговцев, ремесленников, особенно у меховщиков и скорняков, у гильдий и у способных думать тружеников. Все они были в ужасном положении при старом правительстве и преступных синдикатах. Но большинство людей не хотят оказаться одураченными крючкотворством ваших указов. И богачи, и смещенные советники продолжают говорить, что это так. А кроме программ, на которые не обращают внимания, вы еще иностранка и узурпаторша. - Он слабо улыбнулся, пытаясь прояснить суть дела.

Но в комнате все еще висел холод.

Ненанта ослабила напряженность Рольфа одной из своих редких улыбок.

- Иностранка, следовательно - тиран, да? Даже если их неблагодарные животы, заполнены в первый раз за многие годы? Ладно, не важно. Их мнение не заботит меня, пока они ведут себя прилично.

Какое-то время она размышляла. Рольф молча ожидал, не обращая внимания на ту боль, которую вызвали его объяснения. Наконец Не-панта сказала.

- Я помню слова древнего мудреца, они записаны на старом свитке у нас дома. Он писал: "Человек мудр только тогда, когда он боится потерять разум", а дальше выводил, что народные массы - ослы, поскольку они не понимают, что уже знают все, что стоит знать.

Рольф ничего не ответил и казался необычно задумчивым возможно, потому, что принцесса была необычно разговорчивой... Она раздражала его сменой тем.

- Что, у этого человека привычка говорить обо мне?

- Нет, принцесса. Каждый день это что-нибудь новое и, прошу вашего прощения, всегда нечто идиотское. Насколько я знаю, сегодня его первое политическое выступление, хотя это можно и оспорить

Холодный ветер дул, набирая силу.

- Ну, например.

Рольф, почувствовав себя на безопасной территории, расслабился и хмыкнул, вспоминая образцы самой несусветной чуши.